Жамшид Шарипов,
начальник отдела Центра
«Стратегия развития»

Узбекистан сегодня переживает период стремительной урбанизации, что во многом отражается на столице страны, где сосредоточены ключевые административные структуры, ведущие университеты, а также промышленные и культурные центры.

Такое положение естественным образом превращает Ташкент в «магнит» для внутренней миграции, что усиливает демографическое давление и вызывает быстрый рост потребностей в жилье, транспорте, энергии и коммунальных услугах. Однако инфраструктура часто не успевает за темпами роста населения.

Международные организации в своих последних исследованиях подчёркивают, что города со схожими дисбалансами сталкиваются с хроническими пробками, энергетическими перебоями, ухудшением экологической обстановки и снижением качества жизни. При этом, эксперты Всемирного банка в отчёте “Thriving: Making Cities Green, Resilient, and Inclusive in a Changing Climate”, отмечают, что без инноваций и инвестиций города не смогут соответствовать требованиям устойчивого развития[1].

Состояние городского развития в Узбекистане

В Узбекистане сохраняется тенденция урбанизации: к 1 июля 2025 года более 19,3 млн человек (около 51% населения) проживает в городах, в то время как в сельской местности остаются 18,6 млн., что отражает устойчивый рост и продолжающийся отток населения из сельских районов. В г. Ташкенте официально зарегистрировано 3,1 млн. жителей, однако с учетом мигрантов и студентов фактическая численность населения, ежедневно находящихся в городе, может превышать эту цифру на 30-35%. Это резко увеличивает нагрузку на дорожно-транспортную систему, энергетику и коммунальные сети.

В данном случае особое внимание следует уделить образовательной инфраструктуре, так как в Ташкенте сосредоточено 98 из 222 вузов страны. Такое неравномерное распределение привело к массовому притоку молодежи в столицу, что усугубляет проблему перегруженности жилья, транспорта и городских сервисов.

Другим фактором является активное строительство многоэтажек без адекватного анализа нагрузки на существующие сети водоснабжения, электро - и газоснабжения, что ведёт к частым перебоям в коммунальных услугах, особенно в периоды пикового потребления.
Ключевые проблемы городского развития
Транспорт. Одной из самых острых проблем Ташкента стали пробки. Среднее время в пути в часы пик превышает 50–60 минут. За последние восемь лет количество автомобилей почти удвоилось, тогда как протяжённость дорожной сети уменьшилась на 0,5%[2]. Это в свою очередь создаёт дисбаланс и приводит к хронической перегруженности магистралей. Дополнительно ситуацию осложняют нехватка парковочных мест, слабое развитие общественного транспорта и отсутствие интегрированных решений для «последней мили».

По оценкам ООН к 2040 году почти 60% населения мира будет жить в городах, при этом количество грузовиков, легковых автомобилей и авиаперевозок удвоится, а объём выбросов продолжит расти. В результате миллионы людей погибнут в дорожно-транспортных происшествиях (в результате аварий) — как напрямую, так и косвенно из-за выбросов.

Всемирный банк в докладе “Promoting Livable Cities by Investing in Urban Mobility” подчёркивает, что рост использования личного автотранспорта ведёт к увеличению пробок, загрязнению воздуха и снижению доступности рабочих мест и социальных услуг[3].

Энергетика. Проблема энергоснабжения остаётся одной из самых серьёзных. Согласно изучению, проведённому Генеральной прокуратурой[4], летом 2025 года, в Ташкенте более 2 540 км (26%) электрических сетей находятся в аварийном состоянии, а часть подстанций требует модернизации или расширения мощности. Кроме того, нехватка аварийных бригад, устаревшее оборудование и высокая текучесть кадров усугубляют ситуацию: только за последние три года из системы ушло около 30% сотрудников, включая специалистов эксплуатационных служб. Это приводит к перебоям подачи электроэнергии и снижению устойчивости городской инфраструктуры в периоды пикового потребления.

Азиатский банк развития в своем отчете «Harnessing Uzbekistan’s Potential of Urbanization: National Urban Assessment» отмечает, что узбекские города уже сегодня испытывают инфраструктурные дефициты, климатические и экологические риски, недостаток качественных городских услуг, особенно в менее крупных и средних городах — что аналогично тем проблемам, которые наблюдаются и в Ташкенте[5].

Экология. Экологическая обстановка в Ташкенте ухудшается из года в год. Среднегодовая концентрация PM 2,5 в городе более чем в шесть раз превышает среднегодовой показатель ВОЗ. При этом, основными источниками загрязнения являются система теплоснабжения (≈28%), транспорт (≈16%), промышленность (≈13%) и трансграничные переносимые ветром пыли (≈36%), которые преобладают летом[6].

Следует отметить, что неконтролируемая застройка и сокращение зелёных зон также снижают способность города справляться с пылью и тепловыми островами. Согласно спутниковым снимкам NDVI (стандартизованный индекс различий растительного покрова), всего за шесть лет растительность в городе сократилась с 34,6% до 13,1%[7]. При этом, по международным стандартам, минимальная норма зелёных насаждений в городе должна составлять не менее 25 % территории или 9 кв. м зелёных зон на одного жителя[8].

Индекс NDVI города Ташкента

Согласно данным отчета UN-Habitat «World Cities Report 2024: Cities and Climate Action» города не только страдают от климатических изменений, но и сами являются значительными источниками выбросов и экологических рисков, особенно там, где развитие инфраструктуры не успевает за ростом населения и транспортной нагрузки[9].

Водоснабжение. Проблемы с водоснабжением становятся всё более ощутимыми для жителей Узбекистана. По оценкам специалистов, около 60 % городских водопроводных сетей устарели, значительная часть труб эксплуатируется уже более 40–50 лет, что приводит к частым авариям, протечкам и ухудшению качества воды[10].

В докладе Всемирного банка «Uzbekistan Infrastructure Governance Assessment» подчёркивается, что значительная часть воды теряется из-за утечек, незаконных подключений и слабой системы учёта. Недостаток средств на обслуживание и обновление сетей увеличивает риск аварий и снижает качество услуг. Проблемы невозвратной воды (утечки, низкое давление, слабое управление) дополнительно подрывают устойчивость систем водоснабжения. Всё это в совокупности снижает доступность базовых коммунальных услуг и создаёт риски для здоровья населения[11].

Управление отходами. Система обращения с твёрдыми бытовыми отходами остаётся недостаточно развитой. По официальным данным, в 2024 году объём твёрдых бытовых, жидких и строительных отходов продолжал расти, что требует расширения мощностей по их сбору, утилизации и переработке, доля пластика в составе отходов приближается к 10%, однако мощности перерабатывающих предприятий остаются ограниченными.

В 2024 году в стране образовалось 14,8 млн тонн бытовых отходов, из которых всего лишь 900,5 тыс. тонн или 6,1% было переработано. Четверть бытовых отходов составляют бумага, пластик, резина, стекло, текстильные остатки. При этом в Ташкенте перерабатывается только 18% отходов, ежегодный объём которых составляет 700 тысяч тонн. Уровень раздельного сбора отходов также остаётся крайне низким, что снижает возможности вторичной переработки и увеличивает нагрузку на свалки.

Рекомендации по решению проблем городского развития на основе зарубежного опыта

Исходя из анализа текущих проблем городского развития, а также для обеспечения полноценного выполнения целей Стратегии «Узбекистан-2030» по комплексному развитию регионов и доведению уровня урбанизации с 51 процента до 60 процентов, эксперт Центра «Стратегия развития» предлагает комплекс инновационных мер, которые доказали свою эффективность в ведущих городах мира и могут быть адаптированы к условиям крупных городов Узбекистана. В данных рекомендациях приводятся системные решения, которые интегрируют цифровые технологии, децентрализованные модели управления и «зелёные» практики, обеспечивая устойчивость городской среды.

Транспорт. Проблему хронических пробок в г.Ташкенте можно решить путём внедрения концепции «Мобильность как услуга» (Mobility-as-a-Service, MaaS). Такая система уже успешно работает в Хельсинки, где объединение метро, автобусов, такси, каршеринга и велосипедов в единую цифровую платформу позволило снизить использование личных автомобилей на 12 % всего за два года[12].

Другим направлением является применение интеллектуальных систем управления движением, включая мониторинг и прогнозирование дорожного движения в реальном времени, управление интеллектуальными светофорами, предсказательное управление трафиком с помощью ИИ и интеллектуальные парковочные решения.  В густонаселённых мегаполисах Китая, например в Шанхае, внедрение технологий управления движением на базе искусственного интеллекта позволило сократить пробки на 18 % и уменьшить среднее время поездки на 9 минут[13].

Изменение скорости движения в часы пик в Шанхае
(до и после внедрения технологий управления движением на основе ИИ)

Адаптация аналогичных решений в г. Ташкенте позволит к 2030 году снизить уровень перегруженности дорог на 20–25 % и сократить среднее время поездки в часы пик с нынешних 60 минут до 45 минут.

Энергетика. Для повышения устойчивости энергоснабжения в городах целесообразно рассмотреть возможность использования децентрализованных решений, таких как виртуальные электростанции (VPP) и локальные микросети.

В Германии проект Next Kraftwerke объединил около 15 тысяч малых источников энергии в единую сеть, что повысило стабильность энергоснабжения[14]. Уникальностью VPP Next Kraftwerke является то, что, объединяя мощность установок, VPP может предоставлять те же услуги и аккумулировать, а затем торговать на тех же рынках, что и крупные центральные электростанции или промышленные потребители.

Главной особенностью VPP является стабилизация сети во время пикового спроса и обеспечение электроэнергией во время перебоев. Участники VPP могут воспользоваться финансовыми стимулами, в то время как сеть становится более надежной и может интегрировать больше возобновляемых источников энергии.

В США, в районе Бруклина, пилотная микросеть позволила жителям обмениваться энергией напрямую через блокчейн-платформу Brooklyn Microgrid[15].

В условиях г.Ташкента подобные технологии могут снизить перебои в подаче электроэнергии на 30% и обеспечить до 15% экономии энергии за счёт децентрализованной генерации и оптимизации нагрузки.

Экология. Для улучшения экологической ситуации перспективным инструментом может стать внедрение «цифрового двойника города». Такой подход позволяет моделировать транспортные, энергетические и экологические процессы, оценивая последствия различных сценариев развития.

Ярким примером является проект «Virtual Singapore», где государственные органы используют цифровую модель для разработки политики, компании и стартапы — для создания приложений в сфере городских сервисов и экологии, а исследователи — для анализа влияния городской среды на здоровье населения и климатические процессы[16].

Для Ташкента внедрение аналогичной платформы может стать основой для более рационального градостроительства, мониторинга состояния зелёных зон и управления качеством воздуха. Использование «цифрового двойника» позволит эффективно прогнозировать тепловые острова, определять оптимальные места для озеленения и контролировать уровень загрязнения. По предварительным оценкам, это может увеличить площадь зелёных насаждений на 15% к 2030 году, а также сократить воздействие тепловых островов и концентрацию PM 2,5 на 10–12% за счёт более точного планирования и интеграции зелёных технологий.

Водоснабжение. Для решения проблем устаревших водопроводных сетей и больших потерь воды Ташкенту необходим переход к «умным» системам управления. Зарубежный опыт демонстрирует высокую эффективность подобных решений. В Южной Корее внедрение системы Smart Water Management в городе Сосан позволило сократить утечки воды
на 21% и снизить число аварийных ситуаций на 15%, благодаря установке датчиков давления и цифровому мониторингу[17].

В Израиле система централизованного мониторинга и управления водоснабжением обеспечивает одну из самых низких долей невозвратной воды в мире, в рейтинге 2020 года компания Mekorot Water Company была признана одной из лучших коммунальных компаний в мире благодаря уровню потерь воды менее 3% по сравнению со средним показателем по ОЭСР в 15%[18].

В Сиракьюсе (США), использование алгоритмов предиктивной аналитики и BigData, позволили прогнозировать износ водопроводных труб и определять участки, где наиболее вероятны аварии. Вместо того чтобы реагировать только на аварии, благодаря этому методу город Сиракьюс начал проводить превентивный ремонт, что позволил сократить число прорывов труб и снизить расходы на аварийное восстановление[19].

Адаптация подобных решений в Ташкенте позволит повысить эффективность работы водопроводных сетей, сократить утечки на 15–20%, уменьшить число аварий на 15% и обеспечит равномерное распределение воды в новых жилых районах.

Управление отходами. Для повышения эффективности обращения с отходами необходимо развивать современные комплексы переработки и внедрять систему раздельного сбора мусора. Сеульская городская администрация (SMG) поставило перед собой цель к 2030 году превратить Сеул в город с «Нулевым отходом» (Zero Waste), путем принятия «Комплекса мер по управлению отходами» для сокращения образования отходов у источников и содействия процессу переработки отходов в ресурсы. В качестве пилотного проекта было установлено 112 станций по переработке отходов в 5 районах Сеула, где жители сами сортируют вторсырье.
В результате количество бытовых отходов сократилось более чем на 20%,
а количество собираемого вторсырья увеличилось благодаря растущему уровню участия[20].

В Стокгольме значительная часть бытовых отходов перерабатывается в тепло и электроэнергию, что обеспечивает около 20 % потребностей города в теплоснабжении (Stockholm Exergi). Эксперты компании подчёркивают, что захоронение отходов на полигонах является наименее эффективным и самым опасным способом обращения с ними по трём ключевым причинам.

Во-первых, при разложении органических материалов на свалках выделяется метан — парниковый газ, воздействие которого в 28 раз сильнее углекислого. Во-вторых, в отходах содержатся тяжёлые металлы и другие токсичные вещества, которые при утечке способны загрязнять грунтовые воды и водоёмы. В-третьих, захоронение лишает отходы потенциала: они не используются ни как вторичное сырьё, ни как источник энергии[21].

Для Ташкента внедрение подобных практик способно увеличить уровень переработки отходов с нынешних 6–10% до 35–40% к 2030 году, снизить нагрузку на полигоны и уменьшить выбросы метана.

В заключение следует отметить, что проблема городского развития носит системный характер и затрагивает транспорт, энергетику, коммунальную сферу, экологию, водоснабжение и управление отходами. Однако международный опыт показывает, что при грамотной адаптации инновационных решений можно выйти на новый уровень устойчивости. Концепция MaaS и AI-управление транспортом способны снизить пробки, виртуальные электростанции и локальные микросети укрепят энергосистему, цифровизация и интеллектуальное управление коммунальных сетей уменьшит аварийность, потери ресурсов и стабильный доступ, а роботизированная сортировка отходов и цифровые двойники города помогут улучшить экологическую ситуацию и расширить зелёные зоны.